Перевёл интервью Джонатана Пажо с Евгением Водолазкиным (https://t.me/CathRus/770). Интервью скажем так... забористое. Не столько о вере, сколько о символизме, отношении ко времени и прочему. Хотя, конечно, к вере это все также имеет отношение.
Одна фраза Джонатана всколыхнула мои давние мысли о вопросе зачарованного и раз-очарованного (лишенного чар) мира. Это то, надо чем я сам долго размышлял, но в совсем ином контексте.

Для меня самого до прихода в Церковь было свойственно магическое мышление и восприятие мира как потенциально зачарованного места. То есть в любой точке времени и пространства могло быть что-то, выходящее за рамки рационального хода событий и связанное с иными формами реальности. Когда вы слышите, как кто-то говорит про "места силы", "символические совпадения" и т.д. - это все из этой области. В древности люди верили, что за каждым камнем и деревом скрывается дух, эльф, леший и прочее. Сейчас это выражается более абстрактно - в виде слов о "силе", "энергии" и пр. Однако суть остаётся той же. Я думаю, что фундаментальным основанием такого мышления является установка, что мир по сути своей иррационален. Иными словами, у него нет разумной причины возникновения, за началом мира не стоит Логос. Тут могут быть два варианта: либо мир просто был всегда, как считали древние, либо он внезапно возник безо всякой причины (так сказать, popped up).

Я уже где-то писал (да это и просто логично), что если мы убираем теорию с разумным Творцом, то рано или поздно упрёмся в необходимость признать, что мир просто так взял и возник безо всякой причины. Как это происходило технически - двадцатое дело. Но в мире чистой материи у любого события должна быть предшествующая причина. Однако же, если речь идет о возникновении материи как таковой, то в этой системе координат (без Творца), никакой предшествующей причины по определению быть не может. Следовательно, мы входим в пространство чистой математической случайности, рандома. Случайности не в бытовом смысле — в быту этим словом мы называем события, чьи причины слишком запутаны и сложны, чтобы их можно было отследить, однако таковые причины есть и каждая из них вполне примитивна. А случайности в подлинном смысле слова, то есть событий, которые не имеют предшествующих причин и происходят в буквальном смысле просто так. Например, падение метеорита на голову конкретного человека, который вышел из дома на две минуты выбросить мусор, в быту мы назовём случайностью, так как предугадать такое невозможно, однако в строгом смысле слова, это событие не случайно, так как за ним стоит целая цепочка вполне обыденных причин.

В обеих картинах мира — вечная вселенная, которая просто есть, и вселенная, которая просто случайно возникла — в обеих этих картинах балом правит иррациональность. Мир, возникший безо всяких причин, есть само воплощение иррациональности и потому в нём она поджидает на каждом шагу. Если вселенная возникла просто так, то где гарантия, что завтра солнце не станет синим, коровы не полетят, а огурцы не замяукают. Вечная вселенная именно в силу своей вечности (и как следствие, бесконечности) не может быть управляема исчерпаемым количеством законов, а потому в ней всегда есть место иррациональному, скажем так, областям хаоса.

Потому, если человек придерживается такого а-логического взгляда на вселенную (то есть, не считает, что за ней стоит Логос), то он неизбежно будет проваливаться в магическое мышление, допускающее любые иррегулярности и иррациональности. В такой вселенной, гуляя по лесу, вы потенциально можете попасть в параллельнй мир, пройдя под скрещенными деревьями, можете услышать голос духа озера прямо из силикатной лужи за вашим домом, обнаружить, что ваш кот во сне может привести вас в королевство на другой планете, можете вызвать череду несчастий, разбив зеркало ит. д. Суеверия —классический пример магического мышления.

В иудео-христианском мировоззрении это все просто немыслимо. Мир создан всемогущим разумным Творцом — каждый атом и каждое мгновение находится в его ведении. Для иррегулярностей и иррациональностей в мире просто нет места. Даже если какие-то места, например, заражены демонической активностью — это просто часть общей картины, с которой понятно что нужно делать. В этом смысле и ангелы и бесы ничем, кроме разумности, не отличаются от явлений природы, так как все подчинены одному и тому же Закону и не выходят за рамки Логоса.

Рискну сказать, что на эмоциональном уровне первая картина (иррациональная) — привлекательнее, а вторая — безопаснее. Но больший интерес вызывает именно первая, так как в ней мир до конца не объясним. Мир не лишён тайны, а потому а принципиально интересен. Вторая же картина (монотеистическая), может показаться скучной и выхолощенной. Я сам остро ощутил это прошлым летом, когда отправившись один в горы (своего рода, мечта детства), в какой-то момент поймал себя на мысли, что гора это просто... гора — много камня и никакой загадки. В монотеистической картине мира, тайной обладает только Бог, только Он неисчерпаем, в то время как мир - не глубже чашечки Петри.

Признаюсь, когда я впервые осознал это, я испытал своего рода разочарование (максимально подходящее слово в контексте разговора о зачарованном мире). Более того, следующим шагом кажется логичным свести всю жизнь лишь к морали. То есть ничто в мире в принципе не представляет интереса, кроме морального выбора, так как ничто не влияет на участь в вечности.

Проблема с этим всем следующая. Христиане на самом деле никогда не мыслили в рамках строго логического рационализма. Описанная выше выхолощенная картина свойственна скорее протестантизму времён эпохи "просвещения", чем историческому христианству. Однако, признаюсь, я лично настолько сформирован именно этим рационалистическим взглядом, что не могу избавиться от дуализма — либо мир зачарован и лишён Бога, либо мир создан Богом и потому принципиально лишён "чар". Как уйти от этого ложного дуализма — мне самому пока непонятно.

Почему от него вообще нужно уйти? Потому что, хотя верна монотеистическая картина, душа хочет жить именно в таинственном мире (может быть у кого-то не так, но у меня именно так). Думаю именно с этим связана популярность в постхристианском мире таких книг как Гарри Поттер, празднование Хэллоуина и т.д. — не с происками сатаны, как считают иные выхолощенные проповедники, а именно со стремлением души к тайне. Чтобы шкаф был не просто шкафом, а дверью в Нарнию.

Здесь ещё можно коснуться вопроса о "таинственных существах" и поисков всякого рода "непознанного" — от снежного человека и инопланетян до "таинственных свойств пирамид" и мифических цивилизаций вроде Атлантиды. Если бы все эти феномены реально существовали, они были бы такой же частью обыденной картины мира, как коровы, скорпионы и реальные древнице цивилизации... и не вызвали бы интереса кроме как научного. В таком случае не было бы никаких причин, в силу которых эти феномены занимали бы нишу "таинственного" и "сокрытого". Поэтому уфологи, искатели йети, Атлантиды и пр. на самом деле ищут не эти феномены как таковые. Они ищут подтверждения того, что мир не исчерпывается рациональным, что в нём есть место загадке и непредсказуемости.

Кстати приписывание всего "странного" проискам сатаны — тоже протестантская фишка 17-18 веков. На эти же века приходятся пик охоты на ведьм и колдунов в протестантских регионах. Сюда же относится стремление отмахиваться от всего, что не укладывается в рамки строго библейского символизма как от чего-то "языческого".

В общем, мы пришли к парадоксу — выхолощенный рационализм приводит к охоте на ведьм. Ведь если мир полностью рационален, то всякая иррациональность, всякая непонятность — от дьявола. А кроме того, здравый смысл, рациональный подход и прочие современные священные коровы —никак не мешают верить в суеверия. Ведь и здравый смысл и рациональный подход ничего не могут противопоставить допущению, что в мире есть место пока ещё не открытым законам, согласно которым чёрная кошка действительно признак несчастья. Только монотеистическая картина исчерпывает мир полностью, не оставляя места таким допущениям.

Так вот, повторюсь, выхолощенный рационализм и поверхностность моралистичного христианства одновременно и лишает мир всякой тайны, и боится таинственности как происков сатаны.

Католическое мышление иное — оно способно интегрировать и переварить любую странность. Именно потому и возможно "крещение" языческих практик. Однако, в наше время, мы слишком сформированы именно рационализмом и интеллектуальным дуализмом.

Литургия призвана быть противоядием от этого "суеверия рационализма". Сама "материя" Литургии полна намёков на тайну — мерцание свечей в полумраке, дым от кадила, перезвон колокольчиков в момент Пресуществления. Мгновения тишины и коленопреклонения, сменяемые речитативными восклицаниями всей общины и т.д. Всё это на телесном уровне показывает: здесь происходит больше, чем видно глазами. По сути же своей Литургия происходит в трёх временах: сейчас, во время Тайной Вечери и Голгофы, в вечности Небес. Буквально, и ныне и присно и во веки веков. Именно поэтому так опасно рационализировать Литургию и выхолащивать её до голых формул. Есть и другая ловушка, которую также пытаются продвигать некоторые католики. Мол по настоящему посещение литургии "засчитывается", если человек её "прожил" — внимательно слушал каждую строку, соотносил со своей жизнью и т.д. и т п. То есть активно совершал ментальные акты осознавания происходящего. В таком подходе мне видится стремление придать происходящему субъективно в голове человека большую ценность чем объективно происходящему на алтаре. Ещё одна особенность мышления прямиком из немецкой философии 18 века.

В общем, между магическим мышлением и рационалистическим морализмом находится таинственное восприятие мира. Где материя и объекты хотя и остаются сами собой, тем не менее, указывают на высшую реальность. Где непримечателньая церквушка в спальном районе - дверь в Небеса, где внешний знак кропления водой указывает на реальность духовного очищения, где усыпляющее повторение молитв по кругу оказывается духовным сражением с легионами ада. Подобный характер взаимоотношений мы видим и между Ветхим и Новым Заветом. Где Новый в Ветхом скрывается, а Ветхий в Новом раскрывается.

Однако, по прежнему остаётся вопрос — как перенести таинственное восприятие мира из Литургии и Писания в жизнь, не проваливаясь в нехристианское магическое мышление — с одной стороны, и такой же нехристианский моралистичный рационализм — с другой, и сделать такое восприятие постоянным, насыщающим как потребонсть разума так и стремление души.